Лит-салон. Библиотека классики клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИТ-САЛОН

Список авторов

Фольклор

Комментарии

Книга отзывов

Контакты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

ЛИИМиздат

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Навои Низамаддин Мир Алишер

Смятение праведных

Глава XLVIII

Четырнадцатая беседа. Жалоба о построении судьбы

Как фокусник бродячий, небосвод
С тобой игру обманную ведет.

Что фокусы? Сильней любой судьбы
Деянья темные его волшбы.

Как фокусник, кружа свой синий таз,
Дает он представление для нас.

На рубище его взамен каймы
Созвездия горят из вечной тьмы.

А со спины через плечо на грудь
На всем плаще заплата — Млечный Путь.

Вкруг солнца, как дервиш, кружится он;
Огонь в тазу лазурном затаен.

Легко привыкла свет его рука
Вытаскивать из-за воротника.

Из пасти сыплет искрами огня,
А мы зовем все это утром дня.

И как всемирной славы торжество,
Все пламенеет рубище его.

Он — кукольник, скрывающий игру
Завесою, похожей на чадру.

Его театр не на столбах стоит,
И зрелища кругообразен вид.

Откроет балаган: как хороши
Все куклы! Но они — обман души.

Искусством дивным игры их полны,
И люди марою обольщены.

Он в грудь себе вонзает нож кривой
И порождает месяц молодой.

Под страшным заклинанием его
Блистает звезд несметных торжество.

Какая же глубокая печаль
Его согнула, словно букву «даль»?

Колдун коварный — как согнулся он,
Как сединой рассвета убелен.

Или он — ведьма старая? У ней
Одно желанье — убивать людей.

Она Хосрова древнего убьет.
Что ей Хосров? Фархада кровь прольет.

Невесте мира ласку и добро
Несет она, советует хитро.

Надушит амброй завитки кудрей.
Поставит солнце зеркалом пред ней.

Белила даст, чтобы была бела
И поутру жасмином расцвела.

Лицо украсит блеском лепестков,
С висков опустит мускус завитков.

Тюльпаноцветно нежный лик зажжет,
Пятно тюльпана родинкой возьмет.

Окрасит брови синею сурьмой,
Осыплет всю алмазною росой.

И шепчет льстиво: ты, как кипарис,
Ты в зеркало разлива поглядись.

А рот земли прекрасной, как бутон;
Чтоб говорить, раскрыться должен он.

Нарциссы — глаз невестиных зрачки,
Язык — прекрасных лилий лепестки.

Судьба нарциссы подарила ей,
Всей научила хитрости своей.

Так древний свод, чтоб обмануть твой взгляд,
Украсил землю, словно райский сад.

Ее царевной Чина назови,
Бросающей в сердца огонь любви.

Настолько чары древние сильны,
Что поколенья ими пленены.

И человек любой, едва рожден,
Великой этой чарой обольщен.

Пускай Рустам родится тахамтан —
К колдунье этой попадет в аркан.

Земля-старуха, как весна, цветет,
Посредник ей — коварный небосвод.

И сколько скрыто чар и колдовства,
Дабы соединились эти два.

Что значит брак с землей сердцам живым?
Земля берет всю душу, как калым.

Пусть мир калымом душу заберет,
Но вера душу чистую спасет.

Вот так красавица, весны светлей,
Влюбленному велит молиться ей.

В тот час, как он к ногам ее падет,
Она на выкуп намекать начнет.

Мол, на калым души не пожалей,
Потом отдай и веру вслед за ней.

А душу взяв и веру у него,
Прогонит прочь из дома своего.

Едва прогонит, вслед иной придет
И так же все отдаст и прочь уйдет.

И новые придут вослед за ним,
И пропадут, все уступив другим.

Жестокость мира к предку твоему
Тебя не научила ничему.

Пришло, ушло их сколько — счета нет…
За тысячей идет сто тысяч вслед.

Вот дело бытия: приход, уход.
Что вас — на этот пир пришедших — ждет?

Вот так судьба в кругу своем тверда,
Утверждена от века — навсегда.

Числа и сметы приходящим нет.
Уйдут — приметы уходящим нет.

Все, что народ, как соты, создает,
Вращаясь, истребляет небосвод.

Ты в две дуги небесные вглядись,
Есть точка, где они пересеклись.

Не потому ль, чтоб нам закрыть исход,
Крест-накрест опоясан небосвод?

Нам от его вращенья — ночь и день,
И счастье, и беда, и свет, и тень.

И от его вращенья свет и тьма
Способны серп луны свести с ума.

Над ночью в клочьях траурных одежд,
Рассвет рубаху рвет — лишен надежд.

Светильник мирный от него дрожит,
В смятенье ветер по степям кружит.

В ущельях гор безумствует вода,
Сметает силь усилия труда.

Не по вине ль судьбы — волна морей
Отравы горше, соли солоней?

Ты раною, запекшейся в крови,
Рубиновую россыпь назови.

Зачем земле жемчужина нужна,
Что из слезы мучений рождена?

Зачем сгустилось облако черно?
Видать — своей судьбой омрачено.

Из-за чего источник слезы льет?
С источником враждует небосвод;

Под блеском розы сто шипов тая,
Рыдать ои заставляет соловья.

Отколь в тюльпане чернота взялась?
Кровь у тюльпана в сердце запеклась.

Блестят, играют грани хрусталя,
Огнем вина сердца людей паля.

Огнем веселья мир сердца зажжет,
Но все, что даст, обратно отберет.

Зовется покровителем людей,
Но нет врага коварней и лютей.

Пусть ты в его сиянье расцветешь
И счастье краткодневное найдешь,

Пусть ты обогатишься, как Карун,
Пусть возвеличишься, как Фаридун.

Но никогда ты к цели не дойдешь
На том пути! Бесследно пропадешь.

Сей свод и все деяния его
Вниманья недостойны твоего!

Сей низкий свод, для страждущих под ним,
С округлым неким решетом сравним.

Он всех — богатых, бедных, слуг, господ —
Горстями в это решето кладет.

И так, сумев порядок навести,
Он начинает решето трясти.

Тут не помогут жалость или гнев,
Когда пойдет неслыханный отсев.

Никто не помощь на отсеве том,
Застрянут злые в решете густом.

Увидишь — тот, кто далеко стрелял,
Стрелою в решете судьбы застрял.

В чем суть решений решета судьбы?
В недоуменье мы — ее рабы…

Когда свой меч заносит небосвод,
Он равно злым и добрым зло несет.

Царя с престола древнего отцов
Влачит на стол, где моют мертвецов.

А бедняка, укрытого хыркой,
Венцом венчает, кейевой парчой.

Подносит кубок, блещущий вином;
Но помни — яд смертельный в кубке том.

Кто, выпивший до дна его фиал,
Не корчился от мук и не стонал?

Пусть небом возвеличен был эмир
И подчинил себе почти весь мир.

Но где он — столь возвышенный судьбой?
Увы! Он — прах, и поглощен землей.

Когда-то миром правил род царей,
Известный справедливостью своей.

Но к тем из них, кто всех подлее был,
Бессудный небосвод благоволил.

Владелец перлов редкостной красы
Не отличает жемчуг от росы.

Смотри: нарцисс прекрасный близорук —
Он, как в тумане, видит все вокруг.

Но радостен его весенний пир,
Ему златые кубки ставит мир.

А роза, радующая мой взгляд,
Непостижимая, как райский сад,

Шипами раня плоть моей руки,
Рассеяла под ветром лепестки.

Мошной, как мерой, в майхане поят,
В мошне такой же чинский муск таят.

Стрелок онагра вольного убьет
И, ободрав, из шкуры тул сошьет.

Смотри: людей терзающий злодей
Садится гордо на престол царей.

Зачем же всех других оставил ты
В пучине бедствия и нищеты?

Где Джам? Где Фаридун? Где сам Заххак?
Ирадж? Гущанг? — Увы, ушли во мрак.

Где Салм, где Минучехр, и где Навзар?
Где царственный Бахман? Где Искандар?

Куда исчез великий Чингисхан?
Где сам Тимур, могучий Гураган?

Как высоко их поднял небосвод,
И как низвергнул в прах с таких высот.

Не упивайся миром, не зови
Его богатств! Не верь его любви!

Плоды, что он несет тебе, отдай!
От праха отрекись — не опоздай!

Покамест жив, ты унижай его,
Пятой дервиша попирай его.

Пока владеешь волей, светом вежд,
От мира отряхни подол одежд.

В долг у него сокровищ не бери,
Свое богатство людям раздари.

Раскрой, как солнце, рук своих персты,
Дождь серебра пролей! Беги тщеты!

Наступит час: до нитки обдерет
Тебя сейчас дарящий небосвод.

На страницу автора

К списку «Н»

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И, Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш, Щ Э Ю, Я

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.