Лит-салон. Библиотека классики клуба ЛИИМ

ПОИСК ПО САЙТУ

 

ЛИТ-САЛОН

Список авторов

Фольклор

Комментарии

Книга отзывов

Контакты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

ЛИИМиздат

Арт-салон

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Зарубежная литература до 19-го века

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Мишель Монтень и его книга

Судьба Монтеня и его «Опытов» на протяжении истекших веков сложилась счастливо. По выходе в свет книга завоевала аудиторию сравнительно быстро и еще при жизни автора выдержала несколько изданий. Историки отмечают, что лишь первые два издания были приняты прохладно: Монтень не принадлежал к крайним партиям, что всегда препятствует скорому успеху. Однако подлинные ценители легко распознали значение книги и вознесли автора выше знаменитых мудрецов Греции. «Опыты» приобрели популярность и репутацию «катехизиса всех честных людей», утвержденную высшими авторитетами.

Истекшие четыре столетия мало что изменили. Библиография посвященных Монтеню работ давно перевалила за три тысячи названий — целая библиотека! — и острый интерес к нему сохранился и поныне.

Личность Монтеня, его жизнь, его философские взгляды, причудливо развернутые в «Опытах», предстают нам сегодня в пестром сплетении противоречий. Мы видим то аристократа, барина, не склонного утруждать себя подвижническим служением науке, натуру скорее созерцательную, чем деятельную, сторонящуюся бурных водоворотов жизни, а то — советника парламента Бордо и мэра города, дважды выбираемого согражданами на высокий пост в разгар междоусобиц; человека, посвятившего долгие годы сосредоточенному труду, размышлениям о жизни, истории и духовной культуре своего времени, тонкого знатока античной философии.

С одной стороны, он — сторонник законности и порядка, не склонный менять даже плохие законы из страха перед возможными осложнениями, а с другой — тонкий, язвительный критик догм и предрассудков церковной идеологии.

Монтень — страстный поборник мудрости, знания, просветитель и педагог, развивающий целостную программу воспитания гармонически развитой личности. И он же идеализирует первобытный уклад дикарей, ополчается на образование, технику, социальные институты как на силы, подрывающие союз человека с природой.

Нам дорог Монтень — оптимист и жизнелюб, вольнодумный, лукавый скептик, разоблачавший мрак заскорузлых суеверий и предрассудков, расчищавший путь знанию, просвещению, атеизму.

Мы ценим его полнокровный стихийный материализм в понимании человека, его страстную борьбу за раскрепощение разума и чувств, отстаивание права на жизнь, пронизанную гармонией духа и плоти.

Нам и сегодня близка постоянная опора Монтеня на здравый смысл в размышлениях над сложными вопросами бытия и сознания, трезвый, земной строй его суждений, не порывающий связей с началами естественной народной мудрости.

Было бы наивным рассчитывать, что спустя четыре столетия мы, современники, можем черпать из Монтеня идеи и жизненные правила, включать их в наш духовный мировоззренческий багаж в том виде, как они были развиты и изложены автором.

Большие книги не учат и не наставляют в плоско-обыденном смысле этого слова. Идеи — не мертвый груз, которым можно загрузить человеческую память, не имущество, которое передают в наследство. Они — всегда призыв, побуждение к диалогу, они живут, умирают и возрождаются не в строках типографского шрифта, а в сознании людей, в их духовном взаимообмене.

«Опыты» — не собрание полезных советов.

Книга написана мудрецом, который чтит истину, но убежден, что во всем, что касается путей к ней, их столько же, сколько человеческих судеб, и каждому предстоит найти собственный. Монтень ищет свой, приглашает читателя в попутчики, обещает ему доверие, искренность и свято держит слово.

Если в Монтене мы сегодня видим живое в соседстве с омертвевшим, мудрость и ясность, затененные предрассудками — как сословными, так и личными,— едва ли мы вправе ставить это ему в вину. Обычно свое время обгоняет тот, кто умеет отдавать ему дань.

В известном смысле противоречия взглядов и позиций Монтеня добавляют его книге жизненные силы. Мы видим в ней яркий, красноречивый документ времени, бурного, переломного, когда свет новой жизни и знания одолевают призраки прошлого и ростки будущего пробиваются вверх в окружении того, что уже отжило. Борьба этих сил наполняет и жизнь автора, и страницы его книги. Мы видим Монтеня в пути, утверждающим новое и оступающимся в наезженную колею, сомневающимся и уверенным, гневным и уставшим, одушевленным и разочарованным. Борьбу идей и умонастроений эпохи Возрождения «Опыты» доносят нам трепетом пытливой, ищущей мысли. И это побуждает к творческому ее прочтению.

Идеи, суждения, взгляды всегда вплетены в человеческую жизнь, спаяны с характером, темпераментом, душевным складом, биографией, наследственностью. Вырванные из живой среды и брошенные в исторический обиход, они подвластны переменчивым веяниям времени. Подлинные же истоки их жизни — в духовном строе личности. Мысль Монтеня согрета плотью его натуры, растворена в ней, тысячами нитей привязана к ее свойствам и чертам. Оценивать ее вне этого контекста так же бесплодно, как судить о составе морской воды по ее испарениям. В жизни человеческой души, напоенной дыханием истории и постоянно проступающей сквозь ее причудливую ткань, — своеобразие этой мысли, ее неповторимая прелесть.

Публикуется по материалам: Монтень Мишель. Об искусстве жить достойно. Философские очерки. Изд. 2-е. Сост. и авторы предисл. А. Гулыга и Л. Пажитнов. Хдож. Л. Зусман. М., "Дет. лит.", 1975. –206 с. с ил.
Сверил с печатным изданием Корней.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Античная литература

Литература Средневековья

Зарубежная литература (до 19 в.)

Зарубежная литература (19 в.)

Зарубежная литература (первая половина 20 в.)

Русская литература (до 20 в.)

Русская (советская) литература (первая половина 20 в.)

 

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И, Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш, Щ Э Ю, Я

На главную

Крупнейшая
коллекция
рефератов

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.